Вѣроисповѣдное посланіе Святогорцевъ, отправленное къ царю Михаилу Палеологу, когда онъ усиленно и неправо спѣшилъ соединить съ нами Италіанцевъ, не оставляющихъ своихъ ересей и навсегда неисправимыхъ

5. Повелишь ли, царю святый, побольше обнаружить ихъ, совратившихся съ истиннаго пути? — Сынъ Божій и Господь торжественно говоритъ міру: Азъ есмь дверь, путь, истина, животъ. Мною аще кто внидетъ, спасется. А прелазяяй инудѣ, той тать есть и разбойникъ! — И еще: Овцы Моя гласъ Мой слышатъ, по чуждѣмъ же не идутъ, но бѣжатъ отъ него, яко не вѣдятъ чуждаго гласа. — Небо и земля прейдутъ, словеса же Мои не прейдутъ. — Пророки же предвѣщали о Немъ: вѣренъ Господь во всѣхъ словесѣхъ Его, вѣрны всѣ заповѣди Его, утверждени во вѣкъ вѣка, содѣланы въ истинѣ и правотѣ. — И апостолъ говоритъ: основаніе положихъ вамъ: другое положити паче лежащаго не лѣть есть. Никто не отвергаетъ и не переиначиваетъ завѣщанія человѣка. И этимъ человѣческимъ примѣромъ апостолъ напоминаетъ о непреложности глаголовъ Господа. Послѣ сего выслушай, царю святый, то, что отрадно тебѣ слышать, и суди судомъ правоправеднымъ между Латинами и законоположеніями Божіими; ибо прилично государю, и наипаче благочестивому, любить такой судъ. Христіанинъ ли тотъ, кто дерзаетъ прибавлять свое измышленіе къ тому, что уже утверждено, и отвергать что либо изъ писаній, и привносить что-нибудъ изъ неписаннаго? Нѣтъ. Отпаденіе его отъ Вѣры явно. Какъ онъ — христіанинъ, когда не слѣдуетъ за Христомъ по стопамъ Его, а хочетъ идти передъ нимъ и опереживать его? Самъ великій Моисей, который во многомъ прообразовалъ Христа, желалъ видѣть только задняя Божія, и ничего болѣе не требовалъ, говоря, да вижу Тебя, какъ разумный, и молился о семъ въ разсѣлинѣ скалы. А Латины дерзаютъ и опереживать. За то къ нимъ относится сказанное: никогда не узрите лица Моего вы, опереживающіе Меня. Большой задоръ этотъ предостанавливалъ и въ потомкахъ своихъ Моисей, когда говорилъ: къ тому, что дано отъ Бога, нечего прибавлять, и отъ того нечего убавлять. И вотъ самъ онъ, идя сзади, видѣлъ слѣды Божіи, и такимъ шествіемъ своимъ и другихъ научилъ бояться Бога и покоряться Ему. Но съ евангельской точки посмотримъ на уклоненіе Латинцовъ и, какъ говорится, діаметрально противопоставимъ имъ краткое слово наше. Бога никто же видѣ нигдѣ же: токмо единородный Сынъ сый въ лонѣ Отчи, Той исповѣда; говоритъ Іоаннъ. Сей же богословъ, вѣрно вѣщавшій объ изумительныхъ тайнахъ, такъ говоритъ и о духѣ соестественномъ и сочисленномъ съ Нимъ: Егда же придетъ Утешитель, его же Азъ послю вамъ отъ Отца, Духъ истины, Иже отъ Отца исходитъ. Внимай сему глаголу Латинецъ. Во свѣтѣ зрится свѣтъ, по свидѣтельству Давида. Посмотримъ же въ лучезарномъ Сынѣ; отъ кого изходитъ свѣтъ Духъ. Сынъ дважды глаголетъ о Духѣ, что Онъ исходитъ отъ Отца, и тѣмъ утверждаетъ (Сынъ), что Отецъ есть причинность какъ Его, такъ и соестественнаго Духа. А твое превратное и незаконное ученіе объ исхожденіи Духа и отъ Сына, откуда? Ты отвѣчаешь, что оно прибавлено для выраженія единосущія Сына и Духа. Но богословіе Господа развѣ недостаточно показываетъ тебѣ единосущіе какъ Его самого, такъ и соестественнаго и сочисленнаго Духа, и то, что у того и другаго одно и тоже источное божество (πηγαῖα θεότης) и одинъ и тотъ же Отецъ, одного родившій, а другаго изводящій изъ себя? Этимъ богословіемъ и богоносные отцы пользовались буквально, и въ Сѵмволѣ вѣры выразили его безъ малѣйшей перемѣны. Ты же вздумалъ видѣть и открыть нѣчто болѣе, чѣмъ оные Отцы и Самъ единородный. Такимъ образомъ по безумной гордости и неповиновенію Христу законодателю ты вверхъ и внизъ мечешь божественные и священные догматы, и сегодня унижаешь Владычнее смотрѣніе о насъ, а завтра мутишь высочайшее и богоначальное богословіе, портя вѣру укороченіями и прибавками своими, и наипаче вводишь нѣкую новую вѣру и другое евангеліе: а это значитъ, что самъ діаволъ чрезъ тебя мутитъ вѣру. Въ самомъ дѣлѣ не сатанинскій-ли тотъ догматъ, который вводитъ безбожное двуначаліе и унижаетъ Духа? а паче всего не щадитъ Единороднаго? и по видимому приличествуетъ Ему, а на самомъ дѣлѣ не приложимъ къ нему? Ибо ежели родительство Отца двойное, такъ какъ Онъ раждаетъ Сына и изводитъ Духа, а само оно, какъ ты говоришь, есть свойство не Ѵпостаси Отца, а естества Его; то какимъ образомъ оно у Сына есть пополамъ съ Отцомъ, а у Духа вовсе нѣтъ его? Коль скоро свойства естества — всецѣло общи тремъ богоначальнымъ Ѵпостасямъ, то чего общаго нѣтъ у Духа, того нѣтъ и у Сына. И такъ ничего нельзя намъ прибавлять къ оному богословскому рѣченію (Духъ отъ Отца исходитъ). Если бы кто въ Троицѣ понизилъ что либо, тотъ унизилъ бы всю ее и, чествуя Отца, отнялъ бы чествованіе у того, что рождено и изходитъ отъ Него, допустивъ неравныя степени божества. И ты, — я знаю, — не усвоишь онаго рѣченія, потому что усиливаешься поставить на ноги параличъ свой, а не скажу, правду свою, и не покоряешься правдѣ Божіей. За это мы считаемъ тебя еретикомъ, такъ какъ у тебя и самый Сѵмволъ православный вѣры измѣненъ. Этотъ Сѵмволъ Духомъ святымъ объявленъ вѣковѣчнымъ для всякаго православнаго христіанина посредствомъ святыхъ вселенскихъ соборовъ, которые суть седьмеричные столпы церкви Христовой, объявленъ тѣмъ Духомъ святымъ, который въ церкви поставилъ апостоловъ, пророковъ и учителей для усовершенія Святыхъ: а ты и его не оставилъ непередѣланнымъ, привыкши все переставлять и поправлять.

6. Если мы, Владыка нашъ святый, станемъ перечислять всѣ ихъ передѣлки церковныхъ и божественныхъ преданій и законоположеній, то слишкомъ продолжимъ слово, и обременимъ царскій и божественный слухъ твой. А дабы сего не было, мы оставляемъ всѣ прочія передѣлки ихъ, описанныя и обличенныя многими, блаженной и преподобной памяти святѣйшими патріархами и архіереями нашими, и кратко высказываемъ только вотъ что. Латины, Владыко святый, исказили и перепортили существенные члены Вѣры: за это они не только отсѣкаются отъ Церкви вселенской, отъ сего равномѣрнаго, здороваго и благообразнаго тѣла Христова, но и предаются сатанѣ. Вѣдь, апостолъ, запечатлѣвая все евангельекое и апостольское ученіе, говоритъ не столько Галатамъ, въ одномъ только тогда погрѣшавшимъ, сколько Италіанцамъ, нынѣ безъ счету учащимъ иначе и превращающимъ едва не все преданіе евангельское, апостольское, каноническое и отеческое: аще кто благовѣствуетъ вамъ паче, еже пріясте, аще ли мы, или ангелъ съ небесе, анаѳема да будетъ. Да и святый вселенскій соборъ шестый, бывшій въ Труллѣ, утверждая Духомъ святымъ бывшія до него опредѣленія, въ первомъ божественномъ и священномъ правилѣ своемъ сказалъ: «аще кто-либо изъ всѣхъ не содержитъ и не пріемлетъ вышерѣченныхъ догматовъ благочестія, и не тако мыслитъ и проповѣдуетъ, но покушается идти противу нихъ: тотъ да будетъ анаѳема по опредѣленію, прежде постановленному предупомянутыми святыми и блаженными Отцами, и изъ сословія христіанскаго, яко чуждый, да будетъ исключенъ и изверженъ. Ибо мы сообразно съ тѣмъ, что опредѣлено прежде, совершенно рѣшили ниже прибавляти что либо, ниже убавляти, хотябы и могли (сдѣлать это) по какой либо причинѣ». Такъ гласитъ правило это. Изъ него ясно видно, что идти противъ догматовъ благочестія, по мнѣнію Отцовъ, значитъ прибавлять къ нимъ что-либо, или убавлять отъ нихъ. Какъ же послѣ этого сказалъ-бы кто нибудь, что не подлежатъ канонической анаѳемѣ тѣ, которые отваживаются на это, и въ церквахъ проповѣдуютъ и на стогнахъ городовъ своихъ повсюду учатъ сему громогласно? Если же нужно и изъ другихъ божественныхъ и священныхъ правилъ представить это же самое кратко по возможности нашей; то божественный и священный соборъ единенія, послѣдній изъ всѣхъ и божественнымъ Духомъ утверждающій предшествовавшіе соборы, говоритъ: «Всему, что постановлено и сдѣлано и имѣетъ быть сдѣлано въ противность церковному преданію и ученію и уставу святыхъ и приснопамятныхъ Отцовъ анаѳема». — Еще: «Всѣмъ, презрѣвшимъ священныя и божественныя правила святыхъ Отцовъ нашихъ, которые и Церковь назираютъ, и украшая все христіанское жительство, руководятъ къ божественному благочестію, анаѳема». — И можемъ ли удержать стремленіе рѣчи, когда захочемъ изложить всѣ божественные каноны въ улику Латинамъ? Если мы каждому порознь дѣйствію ихъ, противному божественнымъ законоположеніямъ, противопоставимъ божественные и священные каноны, которые низлагаютъ, отлучаютъ и даже анаѳематствуютъ ихъ за отверженіе божественныхъ преданій; то простое и пустынное слово наше разольется чрезъ мѣру. Однако въ пятнадцатомъ правилѣ святаго и великаго собора, называемаго Двукратнаго, выражено, что не только невиновны, но еще достойны чести тѣ, которые, прежде соборнаго разсмотрѣнія, отдѣляются отъ проповѣдующихъ всенародно еретическіе догматы и отъ отъявленныхъ еретиковъ; ибо они отдѣлились не отъ епископовъ, а отъ лжеепископовъ и лжеучителей. Такой поступокъ ихъ достоинъ похвалы и приличенъ православнымъ христіанамъ. Тутъ нѣтъ раскола церковнаго, а есть только обмѣнъ раздѣленій и поддержаніе истины. Какъ же послѣ сего было бы законно и богоугодно наше единеніе съ тѣми, отъ которыхъ мы отдѣлились правильно и канонично, когда они нераскаянно придерживаются ересей? Если мы допустимъ это, какъ православное, то этимъ однимъ извратимъ все. А божественные и священные каноны гласятъ: «Если кто съ отлученнымъ хотя въ домѣ помолится, да будетъ отлученъ». И индѣ: «Къ непріобщеннымъ пріобщающійся самъ будетъ, какъ нарушитель правила Церкви». И еще: «Принимающій еретика подлежитъ осужденію его». И такъ въ чемъ обвиняются Латины, во всемъ томъ, если мы примемъ то, будемъ осуждены мы сами божественными канонами, начертанными по дѣйствію Духа. Но этому не бывать, не бывать!

Страницы: 1 2 3

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий