Иисус Христос (продолжение)

Для выполнения Своего подвига Христос обладал благодатью Божией, которая выражалась в Его человеческой природе мудростью, могуществом и благостью. Мудрость Его просвещала, могущество повелевало материей и духами, благость влекла к себе всех.

Иисус в совершенстве владел всем, что могло сделать слово действительным и сильно влияющим на умы и сердца.

Евангелисты, никогда не стремившиеся быть апологетами Христа, непрестанно твердят о неотразимо могучей силе Его слова. Мы постоянно встречаем это на их страницах: «народ,—говорят они,—дивился учению Его»15. Даже те, кого подсылали следить за Ним, возвращались обратно, восхищенные Его речами. «Никогда человек не говорил так, как Этот Человек»16, —сообщали они своим начальникам.

То, что мы называем красноречием, то есть уменье великолепно говорить публично, является в Иисусе не искусством, а чудесным даром Духа. Ни один апостол, ни один пророк не мог сравниться с Ним в красноречии. Ни один из них не владел тайной возбуждать и убеждать; никто не умел внушать душе человека более сильные и возвышенные убеждения, более геройские добродетели, более энергии и более любви. Слово Его было одним из рычагов, которыми Он перевернул мир. Каждому Он говорил необходимую истину. В течение целых семи месяцев Он держит всю Галилею под властью Своего неотразимого очарования, увлекая ее за Собой далеко от городов и деревень, на берега Тивериадского озера, на вершины уединенных холмов.

Слово человеческое бывает часто крайне ничтожно и выражает собой только несовершенную истину, ограниченную невежеством, искаженную заблуждениями или же преувеличенную страстями. Оно редко оживляется духовным огнем: вот почему оно бессильно и бесплодно.

Та малая доза жизненной силы, которая в нем заключается, быстро иссякает, подобно колеблющейся мысли и робкой добродетели, из которых она исходит. Самые полные, самые животворные из них не переживают предела одного столетия, не переходят к другому народу; отторгнутые от своей среды, они чахнут и умирают, подобно нежному растению, вырванному из родной почвы.

Слово Иисуса, отражающее в себе Его душу, является воплощением Божьей благодати и мысли. Оно — Дух и Жизнь. Оно отличается возвышенной самобытностью, рельефностью, блеском, силой и справедливостью. Оно режет и рубит прямо, как меч; подобно ему, оно не только остро, но и обоюдоостро. Хотя оно часто заимствовано у пророков, но оно не повторяет их; слово Иисуса обновляет древние изречения, придает им новый смысл, поясняет их и дополняет. Оно бьет ключом от полноты вдохновения Бога живого и носит в себе Бога живого. Иисус сказал: «Небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут»17. И действительно, они светят и поныне в сознании человека, как звезды в ночных небесах.

Род человеческий восхищается афоризмами, исшедшими из Его уст, как идеальными и совершеннейшими выражениями истины. Какая молитва может сравниться с Его молитвой? Кто помимо Иисуса дерзнул бы сказать: «Отче Наш, иже еси на небесех!» Он же дал нам указания в геройских добродетелях, наставление, преисполненное высшего милосердия, когда сказал: «...любитеврагов ваших... благотворите ненавидящим вас...»18; глубочайшего смирения, говоря: «Что, ты смотришь на сучок в глазе брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь?»19; снисхождения к виновным, сказав: «кто из вас без греха, первый брось на нее камень»20, прощения мучителям, когда молил Отца простить Своих мучителей, «ибо не знают, что делают»21; утешения и силы в скорбях, когда говорил: «придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас»22. Он учит быть счастливым в Своих изречениях, диаметрально противоречащих человеческой мудрости. Он говорит: «Блаженны нищие духом... плачущие... кроткие... алчущие и жаждущие правды... миротворцы... изгнанные... ибо их есть Царствие Небесное»23

Слово Иисуса дышит творческой энергией и силой.

Высказывая истину, человек только может желать добра, у него нет силы создать его. А Иисус делал добро, о котором говорил. Одним словом Своим Он покорял злых духов, исцелял страждущих, утешал скорби, возвращал расслабленным способность движения, слепым — зрение, глухим — слух, мертвым — жизнь. Он имел дар преображать душу. Подходя к Пророку, моля Его с верой, человек знал, что будет уел ьппан. Благодеяния рекой лились с Его уст и из Его рук. Не одно какое-нибудь чудо свидетельствует о том, что Иисус — Помазанник Духа24, а целый ряд, целый поток чудес. Все они засвидетельствованы формально. Чудо не является исключительным явлением в жизни Иисуса; это Его нормальная деятельность, непрестанное знамение Его неистощимой благости; явление это возобновляется каждый раз, когда к Иисусу подходит человек, преисполненный веры и глубокого сознания собственного несчастья.

Иисус Чудотворец покорял и увлекал еще сильнее, чем Иисус Проповедник. Народ везде один, как на Западе, так и на Востоке. Могущество пленяет его сильнее, чем знания, блестящие подвиги — больше, чем слова, полные красноречия, чудеса действуют сильнее самых возвышенных поучений. Но когда оба эти элемента соединятся в одной личности, влияние ее неотразимо. На земле ни до Иисуса, ни после Него не появлялось существа, одаренного этой двойной божественной силой. У пророков только мелькали проблески божественного света и силы, необходимых им для исключительных подвигов; Иисус обладает, как Своей неотъемлемой собственностью, вечной истиной, которая все освещает, и бесконечным могуществом, властвующим над жизнью и смертью, над природой и человечеством.

Другим существенным элементом в деятельности Иисуса является Его характер, великодушие и благость. Он не льстит народу, как его соблазнители: Он любит его. Все Его качества служат этой любви. Он живет для бедных, слабых, несчастных, для всеми презираемых грешников. Какой поразительный контраст с фарисеями, книжниками, всеми властями, старейшинами и священниками, у которых презрение к меньшему брату возведено в принцип, чуть ли не в добродетель. Характер Иисуса видим во всех Его действиях, поступках и речах. При виде Его невольно приходят на ум достопамятные слова пророка Исаии о служителе Иеговы: «Вот, Отрок Мой...— говорит Господь,— ...Положу дух Мой на Него, и возвестит народам суд; не возопиет и не возвысит голоса Своего, и не даст услышать его на улицах; трости надломленной не переломит, и льна курящегося не угасит; будет производить суд по истине;... и на закон Его будут уповать острова»24.

Человек, одаренный высшим гением, внушает другим робость именно силой своего превосходства; его как-то страшатся, неизвестно почему. Могущество всегда создает вокруг себя уединение; его боятся и избегают, чтобы не подвергнуться его влиянию. Оно пугает даже тех, к кому удостаивает снизойти. Не умея внушить доверия и любви, сильные обыкновенно решаются действовать страхом.

Иисус составляет исключение в этом общем правиле. Гармония и могущество Его добродетелей и бесконечная кротость неотразимо влекут к себе всех слабых, страждущих, угнетенных и несчастных и, следовательно, народ. Рожденный среди бедняков, предопределенный к мученической жизни, Он носит в себе неотразимое очарование людей, окруженных ореолом страдания.

Его скорбное назначение постоянно было у Него перед глазами; Он знал, Он чувствовал предстоящие мучительные страдания. Эта мысль набрасывала как бы облако печали на все Его существо, но любовь к Богу и человекам преобладала в Нем над всеми прочими чувствами, и печаль в соединении с Его благостью делала последнюю еще ярче, еще привлекательнее.

Проповедь Евангелия в Галилее носит на себе чисто народный характер. Иисус прежде всего стал проповедовать в синагогах. Народ толпами собирался там в субботние дни, и Иисус знал, что увидит все население. Он поступает не так, как Иоанн, пророк пустыни, призывавший народ к себе; Иисус идет навстречу народу, идет туда, где собирается народи Сам открывается ему: это признак силы и неизреченной благости.

Если Иоанн одним своим заявлением о том, что Царствие Небесное близится, взволновал сознание евреев, то какое же впечатление произвел Иисус на галилеян, открыто возвещая им, что Царствие Божие наступило! Несмотря, однако, на все, эта изумительная весть не замедлила породить самые серьезные затруднения. Первое являлось вследствие представления о возвещенном Царствии Божием, второе порождалось самим Мессией, основателем Царства. Все, и в учении и в личности Иисуса, шло прямо вразрез с предрассудками народа и галилейских ученых.

Все ждали царства политического — Иисус возвещает Царство духовное, внутреннее. Все ждут, что будет царить закон — Иисус предсказывает Царство Духа. Надеялись видеть Мессию во всеоружии земной власти — Иисус является без всяких человеческих стремлений, не обладая иной силой, кроме силы Отца Своего, мудрости, которая учит вечной истине и власти исцелять душу и тело. Все мечтают о покорении всех народов и о торжестве и воцарении на земле племени Авраамова — Иисус говорит об обновлении и возрождении Духом всего рода человеческого. До того времени все думали, что достаточно быть Сыном Авраама и жить по закону Моисееву для того, чтобы присоединиться к новому Царству — а Иисус вменяет в обязанность нравственную перемену и полную веру в Свое слово.

Страницы: 1 2 3 4 5

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий