Исповедь и духовное руководство в Православной Церкви

Исповедь как исцеление

 Терапевтический аспект исповеди

Исповедь, как и Таинство Соборования, – это таинство исцеления. Поэтому мы должны воспринимать служение принимающего исповедь священника и духовного отца в медицинском, лечебном контексте. 102 правило Трулльского Собора, относящееся к служению духовника, использует именно такие медицинские термины:

«Приявшие от Бога власть решити и вязати (Мф 16:19), должны разсматривати качество греха, и готовность согрешившаго ко обращению, и тако употребляти приличное недугу врачевание, дабы, не соблюдая меры и в том и в другом, не утратити спасения недугующаго. Ибо неодинаков есть недуг греха, но различен и многообразен, и производит многие отрасли вреда, из которых зло обильно разливается, доколе не будет остановлено силою врачующаго. Почему духовное врачебное искуство являющему подобает прежде разсматривати расположение согрешившаго, и наблюдати, к здравию ли он направляется, или напротив, собственными нравами, привлекает к себе болезнь, и как между тем учреждает свое поведение; и если врачу не сопротивляется, и душевную рану чрез приложение предписанных врачеств заживляет: в таковом случае по достоинству возмеривать ему милосердие. Ибо у Бога и приявшего пастырское водительство, все попечение о том, дабы овцу заблудшую возвратити, и уязвленную змеем уврачевати (Быт. 3:13). Не должно гнати по стремнинам отчаяния, ни отпускати бразды к разслаблению жизни и к небрежению: но должно непременно, которым либо образом, или посредством суровых и вяжущих, или посредством более мягких и легких врачебных средств, противодействовати недугу, и к заживлению раны подвизатися; и плоды покаяния испытывати, и мудро управляти человеком, призываемым к горнему просвещению. Подобает нам и то и другое ведати, и приличное ревности кающагося, и требуемое обычаем: для неприемлющих же совершенства покаяния, следовати преданному образу, якоже священный Василий поучает нас»[22].

Согласно этому канону, грех – это болезнь. Духовный отец – врач. Он должен не только найти правильное лекарство (епитимию), но и правильную меру, потому что одно и то же лекарство не может использоваться для всех больных в одинаковых дозах. Таким образом, принимающий исповедь священник должен использовать рассуждение и применять святые каноны, священные правила, основываясь на принципе икономии. Неверно смотреть на принцип икономии в византийской канонической традиции как на исключения из правил или отмену правил. Принцип икономии – это задача пастыря с рассуждением применить правила к конкретной ситуации для спасения человека. Следовательно, принимающий исповедь священник должен в качестве примера и образца для подражания взять единственного Врача наших душ и тел – Христа, нашего Спасителя, – и стараться подражать Его сочувствию и снисхождению.

Исповедь и психотерапия

Взгляд на исповедь как на исцеление (терапию) приводит к вопросу о связи исповеди с психотерапией. Конечно, есть несомненное сходство между психоанализом, откровением помыслов и исповедью. Терапевтический аспект Церкви и исповеди получил особое внимание в последнее время в Греции, в работах епископа Навпактского Иерофея[23]. Этот вопрос также рассматривался в недавно опубликованной книге французского православного богослова, Ж. -К. Ларше, который написал много книг по вопросам психических и духовных заболеваний[24]. Как он объясняет, в Православной Церкви сейчас продолжается дискуссия между теми, кто считает, что психотерапевтические методы имеют статус, эквивалентный другим областям медицины, и, следовательно, совершенно не связаны с духовным руководством и теми, кто считает православную аскетическую традицию и практику духовного руководства в Православной Церкви достаточной для излечения всех психологических проблем, и, таким образом, отвергают возможность использовать психотерапию[25]. Подобные дебаты не возникают среди римо-католиков и протестантов, которые начали использовать психотерапию с 1960-х годов и не имеют столь развитой традиции духовного руководства, как в Православной Церкви. Кстати, интересно отметить, что психотерапия имела более широкое распространение в странах протестантской традиции (Германии, в Скандинавских странах, Великобритании и США), где исповедь как таковая не существует, нежели в странах римо-католической традиции.

Ж. -К. Ларше делает четыре очень важных замечания относительно связи между исповедью и психотерапией:

1) Психическое заболевание нужно отличать от духовного заболевания. Природа этих состояний различна, так как в человеке существуют три различных уровня: телесный, душевный ( psyche ) и духовный ( pneuma ).

2) Некоторые психологические проблемы связаны и часто имеют корни в духовных заболеваниях, так же, как некоторые психические заболевания связаны с физическими болезнями (так называемые психосоматические заболевания). Поэтому очень часто исцеление психической болезни зависит от исцеления духовного заболевания.

3) Люди, страдающие психическими заболеваниями, не обязательно являются более грешными, чем все остальные люди.

4) Духовную терапию нужно отличать от психотерапии: целью духовного лечения (терапии) является исцеление духовной болезни, тогда как психотерапия работает с психологическими проблемами[26].

Принимая во внимание этот антропологический подход, учитывающий три уровня человеческой деятельности – физиологический, психологический и духовный – иногда бывает необходимо соединить духовное лечение с психотерапией, так же, как и с медикаментозным лечением, в котором лекарства будут использоваться для решения проблем на телесном (физиологическом)  уровне[27]. Но здесь возникает вопрос совместимости психотерапии с духовной терапией, поскольку в наше время мы видим множество различных школ и методов психотерапии.

Поскольку психологический уровень тесно связан с духовным, только психотерапия, основывающаяся на христианской антропологии, может быть полезной для исцеления больного человека[28]. Так, например, есть схожие аспекты в фрейдовском психоанализе и святоотеческом исцелении души, поскольку они оба основываются на платоновской антропологии[29]. Тем не менее, между ними есть принципиальное различие. Христианская антропология основывается на отношениях между человеком и Богом, тогда как антропология Фрейда смотрит на человеческое развитие вне зависимости от Бога, и даже скорее в противопоставлении Ему, поскольку Фрейд рассматривал отношения между человеком и Богом как патологию[30]. Для Фрейда, как видно из его книги «Будущее одной иллюзии», Бог является «пустым понятием», а религия представляется ему наркотиком, иллюзией или даже коллективным неврозом[31]. Отсюда ясно видно, что антропология Фрейда – материалистическая и атеистическая, и противостоит христианской антропологии. Фрейдистская антропология не осознает, что она имеет дело с человеком, который находится в падшем состоянии ( paraphysin – против природы) и ищет восстановления своего исходного состояния ( kataphysin – в согласии с природой). Это хорошо видно в одной из основных концепций фрейдизма – концепции либидо. Согласно Фрейду человеческая энергия изначально сексуальна, направлена на достижение сексуальных целей, но может быть сублимирована, преобразована в другие виды деятельности. Христианская антропология, разработанная отцами Церкви, утверждает противоположное. Изначальное стремление или желание человека было направлено к Богу, но из-за греха эта духовная энергия была «де-сублимирована», превращена в сексуальную энергию[32]. Это объясняет гедонистический подход фрейдистской антропологии, с одной стороны, и аскетический подход христианской антропологии, с другой. С учетом вышесказанного, мы можем понять, что использование без каких-либо мер предосторожности психотерапии, основанной на фрейдистской школе, может не только создать проблемы, но и привести к катастрофическим последствиям для христианина и его духовной жизни. Таким образом, крайне важно, чтобы духовник, направляя свое духовное чадо к психотерапевту, удостоверился, что это психотерапевт – христианин, и его терапия основывается на христианской антропологии.

Как пишет Ж. -К. Ларше, настоящий, опытный духовный отец может излечить не только духовные, но и психологические заболевания. Тем не менее, харизматичные духовники, обладающие даром рассуждения, встречаются в наши дни крайне редко, и поэтому иногда может оказаться необходимым обратиться к психотерапевту для решения психологических проблем. Но в этом случае психотерапия должна быть совместимой с христианской антропологией. Психотерапевт должен признавать наличие духовных факторов в развитии многих психических отклонений, и это понимание должно направлять его действия. Психотерапевт должен проводить четкое различие между психологическим и духовным, между своей психотерапией и духовной терапией, между своей ролью и ролью духовного отца. Его лечение должно гармонично сочетаться с принципами духовного лечения[33].

 

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий