Православная Церковь при новом Патриархе, ч.19

 Борьба Московского патриархата за свои права

После отказа государственных инстанций зарегистрировать Таллинскую епархию в качестве правопреемницы ЭАПЦ началась череда протестов представителей Московского патриархата как в адрес эстонского правительства, так и в международные инстанции. Представители ЭПЦ пытались доказать незаконность регистрации Стокгольмского синода, в том числе в суде в Эстонии50.

Представители ЭПЦ аргументировали свою позицию тем, что они являются представителями той самой ЭАПЦ, которая не прекращала своей деятельности в 1940 г., но «...непрерывно ее продолжала, меняя свой статус, название, внешнюю структуру в зависимости от необходимости для выполнения главного предназначения Церкви, а теперь восстанавливающая свой статус, название и структуру. Русская Православная церковь была не марионеточной церковью советского режима, а церковью-мученицей, много претерпевшей от безбожных властей».

В 1995 г. патриарх Московский использовал рычаги международного давления на эстонское правительство, в частности, было направлено обращение к генеральному секретарю Всемирного совета церквей Конраду Райзеру и генеральному секретарю Конференции европейских церквей Жану Фишеру, которые, в свою очередь, обратились к президенту Эстонии; весной 1996 г. Совет церквей Эстонии также обращался к правительству республики.

Параллельно представители Московского патриархата должны были вести переговоры с Константинополем, поскольку именно позиция Вселенского патриарха имела решающее значение с точки зрения каноничности альтернативной проконстантинопольской группировки.

 Константинопольский патриархат в эстонском конфликте

Возвращение к статусу ЭАПЦ межвоенного периода (точнее, к уставу 1935 г.) означало возвращение в юрисдикцию Вселенского патриархата, к тому же другие балтийские православные церкви — Шведская и Финляндская — так-же находились в юрисдикции Вселенского патриарха. Эта ситуация неминуемо должна была перерасти из внутри-церковного эстонского конфликта в жесткую конфронтацию между крупнейшим и политически влиятельным Московским патриархатом и претендующим на первенство чести Вселенским патриархатом, юрисдикция которого над Эстонией в относительно недавний период была бесспорной (в отличие от Украины)51.

20 февраля 1996 г. Вселенский патриархат объявил о принятии эстонских православных приходов, зарегистрированных под названием Эстонская апостольская православная церковь, в свою юрисдикцию52. В коммюнике Верховного секретариата и Священного синода Вселенского патриархата от 22 февраля 1996 г. указывалось, что это решение было принято «по настоятельной просьбе правительства и подавляющего большинства эстонских православных приходов, которые просили принять их под защиту Вселенского Патриархата».

В ответ патриарх Московский разорвал евхаристическое общение Московского и Константинопольского патриархатов — шаг для православного мира неслыханный.

3 и 22 апреля 1996 г. в Цюрихе состоялись переговоры по «эстонскому вопросу», на которых были выработаны предложения, одобренные и принятые затем (16 мая 1996 г.)

Священным синодом РПЦ53. Православным в Эстонии предоставлялась свобода выбора юрисдикционной принадлежности. Константинопольский патриархат приостанавливал на это время применение решения от 20 февраля 1996 г., а Московский патриархат предоставлял клирикам (в том числе и запрещенным в священнослужении), желающим перейти в Константинопольскую юрисдикцию, таковую возможность. Второй пункт заключенного соглашения гласил, что два патриархата будут сотрудничать в вопросе представления их позиции перед эстонским правительством, чтобы все православные в Эстонии получили одинаковые права, включая право на имущество.

После этого начался процесс определения юрисдикционной принадлежности приходов — составлялись списки и т. д. 23 августа 1996 г. в комиссию двух патриархатов был представлен список распределения приходов. Не решенной осталась ситуация с двумя приходами — в Валге и Тарту, которая обострялась несоблюдением договоренностей с обеих сторон.

13 марта 1999 г. Вселенский патриарх назначил на должность «митрополита Таллинского и всея Эстонии» митрополита Стефаноса и призвал РПЦ признать его в качестве «канонического и законного первоиерарха Эстонской Православной Церкви». Московский патриархат отказался, «убежденно считая регион Эстонии автономной частью исторической канонической территории Московского Патриархата».

На переговорах в Женеве в 2000 г. со стороны РПЦ было выдвинуто предложение о заключении юридического соглашения между двумя православными структурами, предусматривающего полное право собственности на используемое каждой из них де-факто историческое имущество.

В октябре 2000 г. Вселенский патриарх Варфоломей нанес визит в Эстонию. В своих выступлениях он подчеркивал, что женевские соглашения трактуются неправильно, что в Эстонии полноценной поместной церковью и исторической правопреемницей является ЭАПЦ, тогда как приходы Московского патриархата должны быть оформлены в виде экзархата или подворий, а архиепископ Корнилий должен быть смещен со своего поста.

В ответ на это патриарх Московский возвел архиепископа Корнилия в сан митрополита. Кроме того, Священный синод РПЦ принял решение, что «до восстановления согласия в вопросах канонического бытия Православной Церкви в Эстонии и достижения мира и справедливости по отношению ко всем православным в этой стране, Московский Патриархат решительно отстраняется от любых собраний с участием Патриарха Константинопольского Варфоломея, Преосвященного Иоанна, главы Финляндской Архиепископии Константинопольского патриархата, и преосвященного Стефаноса, главы юрисдикции Константинопольского патриархата в Эстонии»54.

Последняя принципиальная встреча между представителями двух патриархатов по эстонскому вопросу произошла 19 февраля 2001 г. в Берлине. На ней были приняты соглашения по созданию четкого механизма решения имущественного вопроса. Было предусмотрено, что структура, находящаяся в юрисдикции Константинопольского патриархата, «в течение 60 дней со дня регистрации устава структуры, находящейся в юрисдикции Московского Патриархата, либо передает в собственность последней вышеупомянутое церковное имущество на основании договоров дарения или купли-продажи по символической цене, либо передает его Эстонскому государству для последующей передачи этого имущества в собственность церковной структуры в юрисдикции Московского Патриархата».

Митрополит Стефанос отказался напрямую взаимодействовать с представителями Московского патриархата в вопросе оформления имущества. В итоге между ЭАПЦ и Эстонской Республикой был заключен договор 55, согласно которому ЭАПЦ отказывается в пользу государства от уже возвращенного имущества и от реализации права на возврат имущества (до того момента еще не полученного в процессе реституции), которым фактически пользуются приходы ЭПЦ. Государство согласно этому договору передает это имущество приходам ЭПЦ в длительное пользование с правом застройки. За эти «потери» государство выплатило ЭАПЦ 50 млн эстонских крон.

Позиция Константинопольского патриарха по эстонскому вопросу сводится к следующему: в Эстонии существует одна поместная церковь в юрисдикции Константинопольского Патриархата, приходы русскоязычного населения могут окормляться как диаспоральная часть Московского Патриархата. Этой позиции патриархат придерживается и ныне. Именно с целью оформления полноценной структуры поместной церкви в Эстонии в ЭАПЦ в 2007 г. были созданы еще две епархии и рукоположены еще два архиерея.

До сих пор в Эстонии между духовенством Константинопольского и Московского патриархатов нет евхаристического общения, что является полным абсурдом с экклезиологической точки зрения.

К моменту регистрации ЭПЦ в государственных структурах в 2002 г. конфликт в имущественной сфере между ЭПЦ и ЭАПЦ охватывал 15 храмов и 3 церковных  здания. Фактически ими пользовались общины Московского патриархата, но на них претендовала ЭАПЦ. По данным юриста ЭПЦ Сергея Чуркина, к началу оформления в собственность церкви ранее принадлежавшей ей недвижимости здания одних храмов были оформлены как собственность государства, другие находились на балансе местных муниципалитетов (т. е. «реформа собственности» еще не произошла, хотя заявления в некоторых местах со стороны ЭАПЦ уже были поданы). Согласно подписанному в 2002 г. государством и Эстонской апостольской православной церковью протоколу о намерениях ЭАПЦ должна была отказаться от претензий на храмы и приходские дома (общим числом 18), находящихся в пользовании приходов ЭПЦ. Согласно подписанному между государством и ЭПЦ протоколу государство закрепляло их в единоличное владение и пользование приходов ЭПЦ сроком на 50 лет на основании юридического института «право застройки», которое обеспечивало приходам на указанный срок такие же юридические права на храмы, как и собственникам.

Тем не менее ЭАПЦ не торопилась выполнять взятые обязательства. С 2002 г. по начало 2006 г., по сообщению сотрудника ОВЦС Московского патриархата протоиерея Николая Балашова, лишь 5 зданий из 18, перечисленных в подписанных в 2002 г. протоколах, были юридически оформлены в пользование приходов ЭПЦ 56. Так, в апреле 2006 г. МВД Эстонии заключило договор с руководством ЭПЦ о передаче в пользование зданий шести храмов в северо-восточной Эстонии (в Ида-Вируском уезде)57. Эстонские чиновники заявляли в прессе, что все храмы Эстонской православной церкви Московского патриархата будут юридически закреплены за ней к концу 2007 г., а возвращение Московскому патриархату строений, расположенных вне Таллина, завершится уже к концу декабря 2006 г. 58

На основании данных, полученных автором этих строк у С. Чуркина, ситуация выглядит следующим образом. Храмы, которыми фактически пользуется ЭПЦ, находятся в собственности государства или местных муниципалитетов. Государство передает или передало храмы общинам либо на правах аренды, либо на правах застройки, тогда как муниципалитеты в каждом отдельном случае решают, в какой форме они передают храм: на правах аренды, на правах застройки или на правах собственности (такие случаи тоже уже есть). В ЭПЦ все полученное имущество находится в распоряжении приходов (такая ситуация была до войны, когда приходы являлись собственниками всего имущества). Договоры о передаче в пользование храмов и приходских домов на основе права застройки заключают приходы.

В настоящее время можно говорить о стабилизации ситуации в Эстонии вокруг православного раскола. Несмотря на очевидные негативные последствия православного конфликта (наличие противостояния в православной среде, дискриминация со стороны государства одной церковной структуры при демонстративной поддержке другой и т. п.), этот процесс имел, на наш взгляд, и ряд позитивных последствий.

Во-первых, стало очевидно, что православие имеет в Эстонии определенную социальную базу. Эстонская православная церковь Московского патриархата получила существенную поддержку населения, что проявилось в многочисленных крестных ходах (по несколько десятков тысяч человек) в декабре 1995 г. и марте 1996 г. Кроме того, церковное сообщество в Эстонии получило уникальный опыт осознанного противодействия произволу чиновников; была выработана модель отстаивания своих прав цивилизованным, демократическим путем.

Во-вторых, сложившаяся ситуация поставила определенные церковные круги перед выбором юрисдикции, что потребовало рефлексии относительно проблем каноничности и национального вопроса в церкви. Хоть и ущербно, но началась дискуссия. При этом нельзя не признать, что она затронула лишь очень узкую прослойку церковного сообщества. Восприятие ситуации в определенных кругах сводилось к тому, что Константинопольский патриархат —инструмент правительства, враждебный русскому населению Эстонии. Тем не менее были предприняты попытки устройства церковной жизни в соответствии с церковным уставом. Так, в обеих частях Эстонской церкви используется Устав Эстонской апостольской церкви 1935 г. Судя по всему, ЭПЦ — единственная часть Московского патриархата на постсоветском пространстве, где есть фиксированное членство в приходах, реально действуют приходские собрания и т. д.

В-третьих, не получив ожидаемого по реституции недвижимого имущества (а для управления им в 1992 г. Был даже создан специальный фонд), ЭПЦ вынуждена была ориентироваться только на поддержку и доверие «церковного народа», стимулировать общественную активность православных. Стараниями возникших православных «недоходных» обществ было отремонтировано или даже построено несколько православных церквей: в Силламяэ, Маарду, Валга, Палдиски, Локса, Нарве.

В ЭПЦ сегодня существует определенная проблема, связанная с эффективностью административного руководства епархией. Маститый, авторитетный, прошедший через заключение за свою священническую деятельность митрополит Корнилий (Якобс) оказался на посту предстоятеля автономной церкви, будучи в больших летах и не имея опыта административной работы. От него потребовались огромные усилия для стабилизации ситуации. В июне 2009 г. патриарх Кирилл рукоположил для ЭПЦ викария Лазаря (Гуркина), который около года жил в Пюхтицком монастыре и изучал эстонский язык.

Хиротония была совершена лично патриархом в Москве (несмотря на настойчивые пожелания митрополита Корнилия провести ее в Таллине под его возглавлением).

В 2009 г. ситуация складывалась таким образом, что митрополит Корнилий оказался психологически не готов допустить к участию в управлении епархией своего викария, в значительной степени ограничивал его вхождение в курс церковных и церковно-политических дел.

Примечания:

42. В дальнейшем с 25 февраля 1995 г. — архиепископ, с 6 ноября 2000 г. — митрополит.
43. Декларация от 31 декабря 1993 г.
44. Фурман Д. Опыт балтийских стран и его значение для России //Страны Балтии и Россия: общества и государства / Отв. ред. -сост. Д. Е. Фурман, Э.Г. Задорожнюк.— М.: Референдум, 2002.— С.18.
45. Информационный бюллетень ОВЦС МП: Спец. вып.— 1996.—No4.
46. В Эстонии одно МВД, но все же две ПЦ // http://www.smi.ru/02/01/08/25151.html.
47. Таллинский Никольский приход (на улице Вене), Таллинский Иоанно-Предтеченский приход в Нымме и Маардуский Михайло-Архангельский приход.
48. Вопрос, на какие средства строится церковь, представляется не совсем ясным. Если в СМИ прошла информация о строительстве ее на средства городского бюджета, то, по сведениям клириков ЭПЦ МП, основные средства составляют пожертвования верующих. В Ласнамяэ открыли площадь имени Алексия Второго // ttp://rus.postimees.ee/?id=169995.
49. В Таллине состоялась передача часовни Эстонской Православной Церкви Московского Патриархата // http://www.mospat.ru/ru/2009/10/19/news6636.
50. История отклонений Таллинским судом иска подробно описана в кн.: ПрекупИ., свящ. Указ. соч.
51. О юрисдикционных проблемах Православной церкви после распада Российской империи см.: Белякова Н. А. Православная Церковь на развалинах Империи: О способах решения вопроса о самоуправлении // 1917-й: Церковь и судьбы России: К 90-летию Поместного Собора и избрания патриарха Тихона. — М.: СТПБУ, 2008.— С.224—250.
52. Patriarchal and Synodical Act Concerning the Reactivation of the Patriarchal and Synodical Tomos of 1923 Regarding the Orthodox Metropolitanate of Estonia // http://www.orthodoxa.org/GB/estonia/documentsEOC/situEstonie.htm.
53. В тот же день они были приняты и в Стамбуле Священным синодом Константинопольского патриархата.
54. Заявление Синода от 8 ноября 2000 г.
55.  4 октября 2002 г. между ЭПЦ МП и Эстонией в лице министра внутренних дел Айна Сепика был заключен договор о намерениях.
56. Храм, в котором начинал священническое служение Алексий II, официально возвращен Эстонской церкви Московского патриархата // http://www.interfax-religion.ru/estonia/?act=news&div=11137.
57. Правительство Эстонии заключило с ЭПЦ МП договор о пользовании зданиями шести храмов // http://www.blagovest-info.ru/index.php?ss=2&s=3&id=7450.
58. Храмы в Эстонии будут возвращены Московскому патриархату //http://www.pravoslavie.ru/news/061205142202.htm.

18 Часть     Начало         Часть 20

Страницы: 1 2

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий